Имея диплом по микромеханике и бизнес-администрированию, можно сказать, что Антонио Кальче (1967) был подготовлен к работе в часовой индустрии. По крайней мере, его профессиональная карьера это подтверждает: три года в Piaget, восемь лет в Panerai, девять в Corum... а теперь он уже два года является генеральным директором Sowind (Girard Perregaux и JeanRichard) после того, как эта группа была куплена империей предметов роскоши Kering, ранее известной как PPR. Мы воспользовались его пребыванием в Барселоне, чтобы взять у него интервью.
Готовясь к этому интервью, я искал «Антонио Кальче» в Google, и все последние записи говорят одно и то же: «Антонио Кальче, новый генеральный директор Sowind». Это с января 2015 года, и с тех пор ничего нового… чем вы занимались?
Наводил порядок в своем кабинете (смеется). Если говорить в целом, я переформулировал коллекции бренда. Высокое часовое искусство дает вам легитимность, престиж и, прежде всего, знания, но повседневная жизнь бренда состоит из более доступных часов. Я разрабатывал линии дифференциации с четырьмя четко определенными столпами: классическое предложение (1966), спортивное (Laureato) и его женские версии. Самое важное здесь — внедрение (скорее, возвращение) стали в качестве материала для корпусов. С другой стороны, мы производим несколько сотен экземпляров высокого часового искусства в год, которые до сих пор имели только золотые версии, и я хочу внедрить титан и другие материалы в этом сегменте в дополнение к градации усложнений. В-третьих, я реструктурировал ценовую сегментацию, представив новый диапазон от пяти до десяти тысяч евро. Это будет входная цена в бренд.
Можно ли сказать, что высокое часовое искусство — это как суперкар для автомобильного бренда, который, не являясь основным бизнесом, помогает продавать модели, скажем так, обычного диапазона?
Конечно. И у нас есть отдельные каналы дистрибуции и коммуникации для каждого из двух подразделений, потому что каждое должно доносить свое собственное сообщение. Высокое часовое искусство дает нам отличительный знак. Мы выиграли Гран-при на Всемирной выставке в Париже в 1889 году благодаря технике и отделке, которые мы сохраняем до сих пор. Чтобы проиллюстрировать это, я расскажу вам один анекдот: на других мануфактурах, когда часовщик тратит больше времени, чем необходимо, на отделку, его ругают, говоря: «Полегче, мы же не Girard Perregaux!» Высокое часовое искусство — это привилегия, которой владеют немногие бренды, и было бы безумием не воспользоваться ею, потому что она позволяет нам вывести на свет такую важную для нас коллекцию, как Laureato.
Давайте поговорим о Laureato...
Laureato родился в 1974 году сразу с кварцевым механизмом, когда практически все швейцарское часовое производство переживало кризис из-за «японского вторжения» с их дешевыми кварцевыми часами, которое поставило под сомнение точность и аккуратность всей механики. Следует сказать, что, в отличие от остальных швейцарских брендов, которые образовали Centre Electronique Horloger, Girard Perregaux разработал собственный высокочастотный кварцевый калибр, и уже в 1971 году представил модель, сердце которой билось с частотой 32 768 герц — цифра, которая в итоге стала эталоном для производителей по всему миру.
Возвращаясь к сегодняшнему дню, в этом году мы создали полное семейство Laureato с четырьмя доступными размерами (диаметрами): 34, 38, 42 миллиметра, а также у нас есть размер 45 мм, в котором находится турбийон под мостом. Стоит отметить одну особенность: каждый размер имеет свой собственный механизм, который «заполняет» корпус, не прибегая к таким уловкам, как очень маленькие задние стекла или ободки. Мануфактурные механизмы, 11,5 и 13 линий, которые также имеют особенность быть одними из самых тонких автоматических механизмов на рынке — 3,6 миллиметра. Самый маленький Laureato — обычно предпочитаемый женщинами — будет иметь кварцевый механизм, который, как ни парадоксально, будет наиболее верен оригиналу. Именно по этой причине, а также в знак уважения к нашему подходу, мы выпустим лимитированную серию с видимой задней крышкой, чтобы можно было любоваться отделкой «Côtes de Geneve» на золотой пластине этого механизма, который для всех целей можно назвать мануфактурным кварцем. Механизм, кстати, которым заинтересовались некоторые конкурирующие бренды.
Вы говорили о переопределении цен и их сегментов, снижая уровень входа в Girard Perregaux. Куда это приведет JeanRichard, другой бренд группы Sowind, которым вы также руководите?
JeanRichard — это продукт в ценовой среде около 2000 франков, здесь нет каннибализации или конкуренции с Girard Perregaux, и они, безусловно, могут прекрасно сосуществовать. Проблема, так сказать, в том, что потенциал Girard Perregaux настолько велик, что я хочу сосредоточить всю свою энергию и внимание на том, чтобы позиционировать его там, где он должен быть. То же самое можно сказать о материнской компании Kering: были сделаны большие инвестиции в НИОКР, в продукт, в коммуникацию, новый веб-сайт, развитие собственных дочерних компаний по всему миру... для JeanRichard еще будет время.
В завершение: группа Sowind — это вторая независимая группа, оказавшаяся в руках Kering после ухода из жизни ее основателя (в данном случае Луиджи Макалузо). Невозможно ли оставаться независимым в наше время?
Стратегии брендов требуют долгосрочных инвестиций, и чем дальше вы хотите зайти, тем они больше. Girard Perregaux, благодаря своей истории и наследию, имеет глобальное призвание, поэтому необходимые ресурсы пропорциональны этим целям. Возможно, теряется некий глянец, но будущее гарантировано. Пока что в этом 2017 году мы вернулись на SIHH, Салон высокого часового искусства, где и должен быть Girard Perregaux.
Время на исходе. График Антонио Кальче действительно плотный, и у него не хватает времени, но мы с нетерпением ждем более непринужденной беседы в ближайшем будущем, которое обещает быть таким же многообещающим, как и этот новый этап Girard Perregaux Laureato под его руководством.
