Ему пришлось уйти на пенсию, но он предпочёл возродить одну из важнейших часовых мануфактур Европы, ему следовало отдыхать, как подобает его возрасту, но он предпочёл взяться за проект, который сегодня обеспечивает работой более 1300 человек в его родном городе. В жизни этого эксперта-часовщика, который провёл детство, играя с набором для сборки часов, ничто не может удивить. По случаю своего 90-летия Вальтер Ланге (Гласхютте, 1924), основатель возрождённой компании Lange & Söhne, даёт интервью международным СМИ, в котором рассказывает о годах обучения в Германии, экспроприациях после Второй мировой войны, процессе возрождения компании после падения Берлинской стены и абсолютной приверженности бренда инновациям и качеству. Письменное свидетельство о стремлении к совершенству и абсолютной любви к часам.
«Сегодня дети играют с машинками на радиоуправлении или компьютерами. Когда я был маленьким, у меня был набор для сборки часов. Не помню, сколько мне было лет, но я собрал часы из деталей», — вспоминает Ланге. Происходя из семьи часовщиков, иначе и быть не могло в сердце дома, чьи изделия ценились наравне с лучшими карманными часами того времени. «Владельцы исторических часов Lange со всего мира до сих пор поддерживают с нами связь», — с гордостью отмечает он, говоря о тех исторических экземплярах, созданных его прадедом Фердинандом Адольфом Ланге.
Всего в 16 лет, чтобы продолжить семейную традицию, Ланге был отправлен в Карлштайн, Австрия, для обучения часовому мастерству. Это обучение было прервано его призывом в армию и продолжилось только после войны, когда он присоединился к мастеру Альфреду Хельвигу в Школе часовщиков в родном Гласхютте. К тому времени Саксония уже входила в состав Германской Демократической Республики (ГДР), что привело к экспроприации правительством большинства фабрик. И историю Lange & Söhne невозможно понять без социального и политического раскола, вызванного Второй мировой войной. Ланге — наряду с другими фирмами, такими как IWC, Stowa, Laco и Wempe, — производил часы «B-Uhr» или наблюдательные часы для пилотов люфтваффе, поэтому в 1945 году бомбардировки союзников уничтожили фабрику. Как вспоминает часовщик, «когда война закончилась, мы попытались продолжить работу и восстановить разрушенный производственный цех. Мы начали разрабатывать калибр 28 для наручных часов, но до того, как он пошёл в массовое производство, компания была экспроприирована в апреле 1948 года».
«После войны мы начали разрабатывать калибр 28 для наручных часов, но компания была экспроприирована до начала массового производства»
В составе государственного предприятия VEB Glashütter Uhrenbetriebe или GUB, с 1951 года Lange & Söhne перестала гравировать название бренда на циферблатах, и её роль эталонного бренда была приостановлена. Потребовалось почти четверть века, чтобы обстоятельства снова стали благоприятными для бренда.
Уже будучи на пенсии, возможность возродить семейный бизнес вернулась с падением Берлинской стены в 1989 году. «Я не мог упустить этот шанс. 7 декабря 1990 года был одним из лучших дней в моей жизни. Я заново зарегистрировал бренд, используя адрес, одолженный у бывшего одноклассника из начальной школы в Гласхютте», — говорит Ланге, который начинал с нуля со штатом всего из 15 человек, но с уверенностью, что они вернут международный успех, которого его предки добились с карманными часами. «Изначально мы хотели продавать наши новые часы в Германии и других частях Европы. Но вскоре мы начали получать запросы из-за границы», — вспоминает он.
В настоящее время Вальтер Ланге признаёт, что «не участвует в повседневных делах» бренда своих предков. Его присутствие, необходимое на мероприятиях Lange & Söhne, напоминает о стремлении к совершенству фирмы, которая, по его собственным словам, смогла стать «эталонным брендом» благодаря своему качеству.
